polinpolinych (polinpolinych) wrote,
polinpolinych
polinpolinych

Categories:

На склонах Кавказа. Часть 3.

Продолжение. Начало здесь: http://polinpolinych.livejournal.com/6018.html и здесь: http://polinpolinych.livejournal.com/6280.html

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ. ПРИЭЛЬБРУСЬЕ

Побывать на Северном Кавказе и при этом не увидеть Эльбрус – это было бы в высшей степени странным стечением обстоятельств. Поэтому экскурсию в Приэльбрусье мы приобрели заблаговременно и ожидали с большим трепетом.

Экскурсия начиналась ни свет, ни заря – в половине шестого утра нужно было уже стоять на улице, зевая и протирая не до конца открывшиеся глаза. Но есть большая разница, встаешь ли ты в 5 утра в отпуске или в рабочее время, в любимом сереньком Петербурге или в солнечном Кисловодске. Спать здесь хочется рано, вставать – тоже рано, а уж если вставать для того, чтобы ехать в Приэльбрусье – то и говорить не о чем.



Эльбрус находится на территории Кабардино-Балкарской республики, о которой гид нам поведал всю необходимую информацию, и даже более того. Поездка по территории Кабардино-Балкарии сама по себе прекрасна и удивительна: красота вокруг, синее небо, солнце – нам несказанно повезло с погодой. Вокруг поля, потрясающие горные ландшафты, живописные склоны и крутые повороты дороги то в одну, то в другую сторону. Лошадей здесь меньше, чем в Карачаево-Черкессии – их место в пейзаже занимают коровы. Коров здесь огромное количество и великое разнообразие – они повсюду. Они не просто пасутся на лугах вдоль дорог. И даже не просто так гуляют по обочинам во всех направлениях. Нет, они идут прямо по трассе, с абсолютно флегматичным и пофигистичным видом, настоящие буддисты, которым глубоко наплевать на всю окружающую их суету сует. Они могут идти навстречу с равнодушным видом или идти впереди, словно указуя путь экскурсионному автобусу. Они могут стоять строго посередине трассы на разделительной полосе, чтобы машины по обеим сторонам объезжали их, уходя на обочину, где тоже уже занято: там другая Бурёнка стоит в позе парнокопытного мыслителя и жует, постигая дзен...







Удивительное ощущение, когда тебя окружает настоящее апрельское лето, на землю струятся щедрые лучи солнца, кругом зелень и бурное цветение, а впереди, на горизонте встают белые, заснеженные горные хребты, отливающие серебром под золотыми солнечными лучами. Ты едешь уже не один час, а они по-прежнему далеко, и кажется, что никогда не станут ближе. Глядя на эту красоту, понимаешь, почему Эльбрус так влечет и манит людей с давних времен, и недаром разные народы называли его – «гора счастья», «гора блаженных», «повелитель духов» и «алатырь-камень»...



Автобус въезжает на территорию поселка с названием Эльбрус, но наша цель еще не достигнута. Лишь миновав несколько маленьких поселений, мы наконец-то добираемся до подножия великой горы. Сегодня Приэльбрусье представляет собой крупный горнолыжный курорт, где многочисленные бравые лыжники и сноубордисты привычным движением запрыгивают в равномерно бегущие по кругу кабинки канатной дороги.

Канатная дорога поднимает нас на поляну Азау, и тут-то у меня происходит какой-то невероятный разрыв шаблонов! Под ногами – снег, много-много снега, ты даже можешь неудачно наступить и провалиться по колено в своих летних кроссовках, но солнце греет так, что ты добровольно снимаешь пальто и остаешься в свитере. Солнце здесь просто невероятное – оно сияет, словно со всех сторон сразу, оно слепит глаза и обжигает лицо. Мы, конечно, пожалели денег на солнцезащитные очки – и пожалели о том, что пожалели. Серебряные снега яркими бликами отражают лучи солнца, и ты уже не знаешь, куда прятать разболевшиеся глаза... А прятать их вовсе не хочется – хочется смотреть и впитывать окружающий мир каждой клеточкой тела и души. Удивительный мир, где сверкают и переливаются снежные вершины Эльбруса, лыжники, спускаясь по склонам выписывают причудливые фигуры высшего пилотажа, а на соседнем склоне отдыхает и греется на солнце целая стайка горных козлов-туров.



А в стакане плещется ароматный облепиховый чай – такой горячий и желтый, будто солнечные лучи растворились в нем, и ты пьешь то же солнце, которое светит тебе с ярко-синих небес... Чай цвета солнца и солнце с ароматом облепихи!







Спустившись с Азау, мы направились на второй горнолыжный курорт – Чегет, поразивший нас еще больше. Подъем на Чегет тоже происходит с помощью канатной дороги, только, в отличие от Азау, канатка здесь – открытая. Подъем происходит в два этапа – сначала 17 минут вдвоем на двухкресельной канатке, а затем еще 11 минут – на однокресельной. С закрытой канаткой это не сравнить: теперь ты медленно поднимаешься над красотами на открытом сиденье, и ничто не отделяет тебя от этих величественных, огромных гор, кроме прозрачного, удивительно чистого воздуха.







Красоту и величие Кавказских гор невозможно передать никакими словами. Можно попробовать, например, музыкой – но тоже вряд ли получится в полной мере. Это что-то невероятно чистое, стройное, хрупкое и кристальное, даже почти хрустальное – такой ассоциативный ряд возникает при воспоминании о Чегете. Медленный спуск вниз по канатной дороге – и перед глазами открывается головокружительный вид на горы, обрыв, пропасть, внизу под тобой – маленькие-маленькие крыши домов и 3000 метров над уровнем моря. А над головой – солнце. И ни одно фото в мире, даже самого лучшего фотографа, не сможет передать тот объем и рельефность, то ощущение высоты и глубины и чувство благоговения перед величием, чистотой и серебряностью вершин и ущелий Кавказа...



Экскурсия в Приэльбрусье занимает 12 часов времени и довольно сильно выматывает не привычный к перепадам давления организм, да и просто утомляет своей длительностью. Уши измучены постоянной заложенностью, а колени едва разгибаются после многочасового сидения в автобусе. Но с экскурсии ты возвращаешься поистине счастливый и наполненный целой гаммой радостных переживаний и ощущений.


ДЕНЬ ПЯТЫЙ. ДОМБАЙ

Такое путешествие, как Эльбрус, конечно, нужно глубоко пережить и переварить на следующий день, но только не в нашем случае: на следующее утро мы снова продрали глаза в 5 часов, а в 5.40 уже стояли на утреннем ветру возле гостиницы и кутались в пальто и куртки в ожидании автобуса по еще одному маршруту – Домбай.





Домбай находится на территории уже знакомой нам Карачаево-Черкессии – страны полей, степей и карачаевских лошадей. К слову сказать, лошади славятся своей выносливостью – это едва ли не единственная порода, которая осилила восхождение на Эльбрус и благополучно спустилась с него обратно. Из окна автобуса, конечно, большой разницы между лошадьми не увидишь, зато увидишь многочисленные поселения, красивые пейзажи, горные реки и озера. Автобус движется по Военно-Сухумской дороге вдоль реки Теберда и непременно делает остановку возле живописнейшей бурной речки Улу-Муруджу. Вода в ней чистейшая, легкая и очень вкусная.



Дорога лежит через город Карачаевск. Что интересно, на городской площади красуется скульптура гостеприимной горной девушки, которая называется «Приглашение в Карачаевск», в то время, как чуть подальше обозначается пейзаж с горой, имеющей необычное название «Сбрось гостя со скалы». Что ж, горцы – народ темпераментный! Люди крайностей! На самом деле, гора, конечно же, связана с одной из многочисленных черкесских легенд, которая повествует о плохих и нечестных гостях, но контрастность названий в любом случае выглядит довольно забавно.



Автобус неторопливо подбирается к горному поселку Домбай, и отсюда же начинается подъем на канатной дороге на вершину. Здесь подъем происходит в два этапа – в закрытых кабинах и на открытых креслах, но, в отличие от Чегета, кресла на Домбайской канатке рассчитаны аж на 6 человек. Забавно наблюдать, как шестеро впереди стоящих с серьезным видом готовятся к приближению кресла, чтобы сесть в него всем одновременно – ведь канатная дорога движется непрерывно.



Канатка поднимает нас на вершину, откуда открывается такой же нереальный, чистый и величественный вид на поселок. Впрочем, разве – такой же? Нет, совсем другой, и не менее притягательный. Если сравнивать Эльбрус и Домбай, то я бы сказала, что Эльбрус – более строгий, задумчивый и, может быть, снисходительный, а Домбай – более простой, теплый и душевный. Но оба они невероятны и неповторимы в своей красоте, и оба остаются глубоко в сердце – наверное, навсегда. Как тут не вспомнить "Домбайский вальс" Визбора?

Лыжи у печки стоят,
Гаснет закат за горой.
Месяц кончается март.
Скоро нам ехать домой.
Здравствуйте, хмурые дни!
Горное солнце, прощай.
Мы навсегда сохраним
В сердце своем этот край...


На вершине Домбая нам встречаются всё те же энергичные, бравые лыжники, небольшие кафешки, прокат ватрушек и весёлая тетенька, продающая местное вино – такая весёлая, что, кажется, она его не только продает, но и с удовольствием дегустирует. Вино всех сортов и видов, от ежевики до граната, и даже интересный напиток «Мужские слёзы» – очень, знаете ли, неплохой.

Но пьянит и кружит голову, конечно, не вино. Глядя вокруг себя, ты хмелеешь от этой красоты и ее хрустального дыхания. Чистый-чистый снег и теплое-теплое солнце – словно зима и лето, словно два разных мира и две противоположности, которые сходятся вместе в одном волшебном мгновении где-то на вершине мира.







А затем, спустившись на канатке вниз и снова оказавшись на земле, у подножия огромной горы, ты уже едва веришь в то, что полчаса назад был так высоко, в царстве снега, солнца и хрупкой красоты. Я называю ее хрупкой – не знаю, почему, ведь одновременно ты чувствуешь, какая великая сила и мощь сокрыта в ней. И, всё же – хрупкая. Хрупкая, грациозная и кристально-чистая...




ДЕНЬ ШЕСТОЙ. БЕШТАУ

Поездки в горы – это, конечно, чудесно. Но организованная поездка на колесах, всё же, лишает тебя чего-то очень важного: ведь загрузиться в автобус и кататься в нем целый день – дело весьма нехитрое. Как известно, чем труднее достичь цели, чем больше усилий ты приложил к ее достижению – тем она ценнее и дороже, и тем счастливее ты чувствуешь себя. А потому, Эльбрус – Эльбрусом, но, собираясь в отпуск, мы твердо решили совершить еще одно маленькое путешествие.

Пятигорск, в котором мы уже побывали ранее, уютно устроен в окружении живописных горных вершин, которых, в конечном счете, отнюдь не пять, а гораздо больше. Но есть среди них одна, благодаря которой город получил свое название – гора Бештау. В переводе с тюркского языка «беш» означает – пять, а «тау» – гора. Бештау находится между Пятигорском, Железноводском и Лермонтовым, а у ее подножия, со стороны Пятигорска, расположен Второ-Афонский монастырь, куда регулярно ходят паломники и просто туристы. А те, кто хочет пообщаться с иными божествами, с Богом-солнце и с духами гор, или просто полюбоваться окрестностями, отправляется на самую вершину горы – на Большой или на Малый Тау.



Обычно на вершину поднимаются из Пятигорска, Железноводска или Лермонтова, и по всем трем направлениям имеются хорошие, протоптанные тропы. Мы решили отправиться на Бештау из Железноводска – во-первых, согласно интернету, этот путь более понятный и на нем не заблудишься, во-вторых, почему бы не добавить в свою копилку еще один кавказский городок, которого мы еще не видели.



Штука в том, что добраться до Железноводска оказалось немного труднее, чем мы думали. Электричка из Кисловодска идет до жд станции Бештау – и, возможно, с этой станции тоже есть подъем на гору, но нам об этом и по сей день ничего не известно. Станция Бештау – райское место, словно создано для глубокой медитации на железной дороге!)) Электричка уносится дальше, в город Минеральные воды, а ты остаешься один на платформе, среди уютной тишины, нарушаемой лишь пением птиц. Маленькое, очаровательное здание вокзала, маленькие деревенские домики и шелест деревьев над головой... На станции Бештау нет людей. Нет магазинов. И ничего другого тоже нет... как нет и регулярных автобусов до других населенных пунктов. Мы вышли на главную, не побоюсь этого слова, площадь, где была обнаружена автобусная остановка и даже небольшая стайка людей, а на остановке висело написанное от руки расписание, на котором трудно было что-либо разобрать. Люди поведали нам, что маршрутка в Железноводск ходит по расписанию и будет через 40 минут. Мы расстроились, но не сильно, и пошли прогуляться.







Спустя время, подъехала старенькая желтая маршрутка с флегматичным водителем и танцевальной радиостанцией, люди загрузились, часы пробили нужное время... Но мы не поехали. «А отправление в 15 минут?», - вежливо уточнила Галя у водителя. «Не, - отозвался водитель, - в 25». Оказалось, что сейчас должна прийти очередная электричка из Кисловодска, и надо подождать новую партию пассажиров. Но электричка не подошла и пассажиры не пришли. «Чёт нет электрички», - сказал Капитан Очевидность, завел мотор, и минут в 30 мы двинулись в Железноводск.

Ехать до него близко, минут 10 или 15, но потрястись нужно изрядно. В Железноводске мы вышли возле небольшого миленького здания железнодорожного вокзала с одной стороны, и бывшей бальнеолечебницы «Ванны Островского» – с другой. Далее мы некоторое время тупили, пытаясь понять, с какой стороны находится санаторий «Кавказ», который непременно нужно было пройти в соответствии с обнаруженным в интернете руководством кого-то из путешественников. Санаториев было много, Кавказ был вокруг нас, а вот чтоб санаторий «Кавказ» – такую комбинацию мы нашли не сразу, поэтому воспользовались подсказкой проходившего мимо добродушного мужичка.

Восхождение на Бештау начинается сразу за железнодорожным вокзалом. Свернув с дороги, ты попадаешь в удивительное лесное царство тишины и свежести, где воздух наполнен запахом сочной зелени и мелодичными трелями птиц. Мир леса обволакивает тебя своими широкими объятьями и гостеприимно открывается навстречу. Невозможно передать словами переливы птичьих голосов и аромат весны, травы, листьев и лесных цветов...







Лесная тропа, ведущая вверх по склону, не сильно крута, но она долгая и неровная. Идти тяжело, особенно, тем, кто 5 дней в неделю сидит в своем офисе на пятой точке, сгорбившись перед гудящим монитором. Но эта дорога – отличный способ размяться и напомнить душе и телу о том, что движение – жизнь. Недаром многие пациенты санаториев ходят по этой дороге не один раз за день, и мы, поднимаясь наверх, то и дело встречали людей совершенно разных возрастов, спускавшихся нам навстречу. Мило и забавно, что каждый встречный говорил нам «здравствуйте», и мы вскоре тоже начали приветствовать незнакомых людей. Следом за нами шли трое молодых мужчин, которые выглядели отнюдь не по-походному, а как будто собирались на вечеринку, но передумали и выбрали более полезный досуг. Во время нашего очередного привала на 5 минут, ребята прошли мимо, а в следующий раз мы обогнали их, когда они тоже отдыхали под деревьями, а затем снова они обогнали нас. Так мы и шли, периодически обгоняя друг друга и смеясь. На очередном нашем привале, когда ребята проходили мимо, Галя спросила впереди идущего: «А это подъем на Большой или на Малый Тау?» «Ой, та откуда ж я знаю, - выдохнул парень, еле ковыляя вверх по тропе, - Вон у него спроси, он знает». Парень поковылял дальше, а в это время с нами поравнялся его друг. «А это Большой или Малый Тау?» - снова спросила Галя. «Не знаю, понятия не имею, - еле дыша, отозвался тот, - Вот у него спроси, он точно знает». Следующий добрался до нас и, получив тот же вопрос, указал коротким жестом: «Вон Большой, вон Малый». И поплелся выше, вслед за друзьями. А мы-то думали, что уже прошли развилку между Большим и Малым Тау и уже взбираемся на какой-то один из них... Но до развилки было еще довольно далеко.

Чем выше поднимаешься, тем прохладнее дует ветер, тем теплее солнечные лучи и тем больше удивительной красоты проглядывается меж ветвями деревьев. Сердце охватывает чувство радости и восторга, и ты всё яснее осознаешь, как высоко ты забрался, как близко к небу, и Кавказ под тобою... один в вышине...

Честно признаться, собираясь в путь, я наивно представляла себе, как буду гулять по склонам Бештау и самозабвенно петь «Мельницу»:

Я ухожу вослед не знавшим, что значит слово «страх»!
О, не с тобой ли все пропавшие, погибшие в горах?!
Что обрели покой
Там, где пляшут ветры
Под твоей рукой...




Не стоит тешить себя напрасными надеждами: поднимаясь на Бештау, ты не то, что петь, а и говорить-то можешь едва-едва. И, в основном, это: «Стой... не могу... нужен привал». Или еще короче: «Пфффф. Всё». Но если вы подумаете, что подниматься на Бештау и вовсе незачем – вы глубоко ошибетесь! Красота и чистота бештаугорской природы словно и саму душу делает красивее и чище, и эти два часа непростой прогулки через зачарованный лес до самой вершины – это часы настоящего, простого человеческого счастья. Год назад мы прочитали роман "Бродяги Дхармы" Джека Керуака и теперь тщательно подготовились к походу в горы: следуя совету этой книги: набрали с собой в качестве обеда разных орешков и цукатов. Они действительно неплохо тонизируют и поддерживают жизненные силы организма во время физических нагрузок. Ну, и, конечно, полный термос горного травяного чай – и жизнь становится по-настоящему прекрасна.

Когда добираешься до развилки на Большой и Малый Тау, лес остается позади, а перед тобой – еще полчаса подъема по палящему солнцу на самую высокую вершину. Со склона Большого Тау уже открывается вид на бескрайний простор неба и земли, соседние горные вершины, лес и города внизу, небольшие озера вдалеке... Потрясающий вид, от которого захватывает дух, а душа устремляется ввысь и поет свело, чисто и высоко. Между соседствующими вершинами – словно некая неведомая тайна и незримая связь, и все они смотрят на тебя, видят и слышат и незаметно передают тебе часть своей многовековой мудрости. Удивительное, ни с чем не сравнимое чувство – когда ты стоишь на вершине горы, гора разговаривает с тобой, и мир вокруг тебя, и мир – в тебе, а жизнь – в каждом луче солнца, дуновении ветерка и шелесте травы...





"Да, дружище, - писал Керуак в "Бродягах Дхармы", - Знаешь, для меня гора - это Будда. Подумай, какое терпение, сотни, тысячи лет сидеть тут в полнейшем молчании и как бы молиться в тиши за всех живых существ, и ждать, когда ж мы наконец прекратим суетиться..."

На самой вершине Большого Тау сохранилась недействующая вышка, предназначение которой осталось для нас тайной. Но я, как человек, уважающий и отчасти романтизирующий советское прошлое, порадовалась, встретив на вышке портрет Ильича. «И Ленин такой молодой...» – так и хотелось запеть.



Но более нас поразила другая встреча. В траве возле вышки копошилась... кошка. Обыкновенная, чистая и ухоженная бело-рыжая кошечка на самой вершине горы, которая резво играла и охотилась, совершенно не обращая внимания на наше присутствие.



Сначала я подумала, что бело-рыжее чудо охотится за мышкой. И каково было мое удивление, когда из-под кошкиных лапок выскользнул маленький ярко-зеленый зверек и юркнул в гущу травы. Кошка явно знала толк в таких делах и знала, с какой стороны подойти, чтобы зверек выбрался снова – выбрался и оказался тоненькой, грациозной ящеркой изумрудного цвета.





Таких ярких и красивых ящериц я не видала никогда, и тут мне стало вдвойне обидно: такая красавица, да и кошке-то она ни к чему, ведь усатая всё равно есть ее не станет. Кроме нас, на вершине в этот момент никого не было – а если бы был, то надолго запомнил бы интересную картину, как две девушки суетятся вокруг кошки и ящерицы, и одна из них старательно отвлекает кошкино внимание и убеждает ее, что в лесу на склонах горы обитает еще немало вкусных мышей. Мышей, конечно, тоже жалко, но кошке, ясное дело, нужна еда, и это устройство животного мира никак не изменить. Мышь – еда, а ящерица – не еда, объясняла я кошке. В конце концов, кошку сбили со следа, ящерка убежала, а кошка еще какое-то время крутилась вокруг нас, пока мы сидели на высоте 1403 метра над уровнем моря и вдыхали чистый горный воздух, огромное синее небо и теплые лучи весеннего солнца.

"... Камни вокруг холодны – не приголубят, не утешат ласковым словом,
– писал Керуак, - И, всё же, сидеть тут, медитируя, рядом с серьезным и искренним другом – ради одного этого стоило родиться, чтобы потом умереть, как придется всем нам. Что-то выйдет из всего этого на Млечных путях вечности, что расплещутся пред нами, как только спадет пелена с наших глаз..."

Сейчас, когда я вспоминаю этот эпизод, мне иногда думается, что зеленая ящерица, которую мы встретили, была Хозяйкой Медный горы, или хозяйкой горы Бештау – что больше похоже на правду. В любом случае, мы нисколько не заявляли свои права на эту гору – Бештау живет сама по себе и лишь позволяет романтикам и путешественникам немного побыть с ней рядом, прикоснуться к ее тайне и послушать ее зачарованную песню.





Еще раньше, на экскурсии в Приэльбрусье, гид поведал нам, что альпинисты никогда не употребляют выражение – «покорить вершину горы». Гору не покоряют – к горе ходят в гости. И мне хочется верить, что мы были очень вежливыми и необременительными гостями для Бештау, Машука, Эльбруса и Домбая, для всей земли, на которую мы ступали. Вряд ли мы были такими уж желанными гостями – ведь горы живут по своим неведомым законам, и время у них течет по-иному, радости у них другие, нежели у нас. Впрочем, может быть, и горам, в их спокойном хрустальном великолепии, иногда хочется поделиться своей мудростью с путешественниками и послушать, как бьется человеческое сердце, вплетая свои древние горные песни в музыку наших сердец.

Кавказ – это шесть букв. Шесть букв, в которых сокрыта целая новая, невиданная жизнь. Слово, которое произносишь на человеческом языке, и слышишь шум ветра в ветвях деревьев и между горных вершин. Чувствуешь тепло солнечных лучей, запах свежей зелени, лесных цветов и нетающего снега, сверкающего на склонах Эльбруса. Кавказ. Кавказ подо мною...



... Один в вышине
Стою над снегами у края стремнины:
Орел, с отдаленной поднявшись вершины,
Парит неподвижно со мной наравне...
Tags: бештау, домбай, кавказ, приэльбрусье, эльбрус
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments